Войти!
Запомнить меня
Присоединяйтесь к нам! авторов: 2.9K | книг: 5.2K | произведений: 20K | дуэлей: 2.4K

| Кровь на Снегу

Рассказ / Фантастика и фэнтези

Живой снег – так местные называют то, что покрывает землю острова Ютон. Это и в самом деле похоже на снег, с виду. Оно так же, как снег, холодно и тает в тепле. Вода из живого снега ярко-синяя, и она светится сама по себе несколько дней, прежде чем погаснуть.

Ютонцы не называют эту жидкость водой, и не станут пить её, даже мучаясь сильной жаждой. Они говорят - «душа снега». Ей наполняют они большие прозрачные сосуды и используют как светильники в своих домах. Болтают, на севере Ютона, там, куда ещё не добрались вездесущие подданные короля, есть целые озёра души снега, и вокруг них никогда не заканчивается день. К этим озёрам ютонские колдуны ходят совершать свои плохо понятные древние обряды.

Почему ютонский снег называют живым? Никто не знает наверняка, но большинство учёных с юга, пожалуй, ответят, что это название – поэтичная выдумка дикарей. Да, снег необычный, но называть его живым… Тогда уж нужно рассматривать всерьёз и другие бабкины сказки, о живых метелях и невообразимых ужасах, таящихся среди безлюдных, покрытых снегом ютонских холмов. Впрочем, если бы этим умникам довелось оказаться вьюжной ночью на Ютоне, где-нибудь вдали от хуторов, они бы уж точно прикусили языки.

Говорят, снег ненавидит всё живое кроме себя, вокруг себя и, особенно, среди себя. Как собака ненавидит блох или клещей. Поэтому и отношение ютонцев к снегу двояко. Они почитают живой снег как божество и боятся его словно жестокого демона, мучителя и убийцу. Ютонцы верят, что когда-нибудь снег полностью очистит Ютон, и на острове не останется ничего кроме сугробов и озёр.

Первые колонисты, появившиеся здесь около семидесяти лет назад, быстро поняли, что эта земля таит в себе несметные богатства. Они заметили, что в домах угрюмых местных обитателей, которые жили в небольших посёлках, разбросанных по узкой полоске земли вдоль побережья, не было ни очагов, ни печей или каминов. Морозы на Ютоне сильные, и южане не могли сперва понять, как же эти люди обогревают свои жилища? Узнав ответ, приплывшие с юга были изрядно удивлены.

Оказалось, посреди живых снегов в изобилии растут странные деревья нокка, имеющие чёрные сильно вьющиеся стволы, и полностью лишённые листьев. Если кусок такого дерева вынести прочь из живого снега, он начнёт испускать тепло. Сам по себе, безо всякого огня. Небольшого полешка, с локоть длиной, достаточно, чтобы три дня топить целый дом.

В любом другом отношении неприютная ютонская земля была очень скупа к своим обитателям, поэтому они охотно меняли нарубленную в живых снегах нокка на товары с юга: ткани, еду, инструменты и прочее. Купцы, занимавшиеся нокка первое время, сговорились держать в строжайшей тайне место происхождения своего диковинного товара. Они выдумали байку, будто это обычные поленья, заговорённые умелыми чародеями. И даже заплатили паре чародеев, чтобы те публично подтвердили это.

Конечно, их ложь была раскрыта очень скоро. Ведь в королевских подземельях знают не меньше тысячи способов склонить к откровенности. Через пару лет после открытия острова случайными моряками на Ютон пришли солдаты и миссионеры, а также королевские чиновники. Приплыли большие корабли, готовые вывозить нокка в огромных количествах. Все ютонцы, неожиданно для самих себя оказавшиеся подданными короля, стали обязаны платить ему подати. Разумеется, в виде нокка. А вот торговать этим деревом с купцами, как раньше, запретили. То есть, не запретили, но обложили эти сделки непомерно высокими налогами. Тех островитян, что не принимали новые порядки, жестоко наказывали, а кое-где администраторы вешали людей вообще по любому поводу, ощутив за собой почти безграничную власть. Несладко приходилось и тем ютонцам, что отказывались носить одежду правильных цветов и ходить по определённым дням в часовни южных богов.

Не стоит удивляться тому, что на острове вскоре после присоединения его к королевству вспыхнул бунт. Чтобы усмирить ютонцев, которые сожгли очень много часовен и перебили сотни администраторов­ , жрецов-миссионер­ ов и сборщиков податей, понадобилось стягивать солдат чуть ли не со всего королевства. Ребятам с мушкетами удалось навести какое-то подобие порядка, но до сих пор в бескрайних чащах нокка, среди живых снегов, скрываются зловещие бунтовщики, число которых никому не известно точно. Ни один чиновник или жрец не может себя чувствовать в безопасности на Ютоне. Время от времени варвары нападают на плохо защищённые посёлки, и тогда всем южанам, которых они встретят, грозит гибель.

Как же деревья нокка растут, откуда берут они влагу и свет для своего питания, когда кругом лишь снег, насквозь промёрзшая земля и ночь длится почти круглый год? Можно ли их вообще называть деревьями? Ведь на чёрных корявых стволах их никто никогда не видел ни листьев, ни почек. Правда, говорят, раз в несколько лет нокка цветёт, и тогда множество крошечных голубых и фиолетовых цветков появляются на ветвях, и рощи и снег рядом с деревьями освещаются слабым сиянием, исходящим от этих соцветий. Те южане, что склонны чрезмерно романтизировать­ Ютон и всё связанное с ним, мечтают посмотреть на это, но пока цветущих нокка никто, кроме самих ютонцев, не видел.

Нокка растёт не так, как обычные деревья. Новые нокка появляются словно из ниоткуда, сами собой на пустом месте, и сразу же в таком размере, в каком пребывают всю жизнь. Ютонские легенды твердят, что нокка – это воплощения живого снега. Снег по местным поверьям может принимать лишь тот облик, который ему известен, который он видел. Поэтому неудивительно, что именно деревьев много среди живых снегов – ведь ветром с побережья заносит семена и листья настоящих деревьев. Вот по их-то подобию снег и сотворяет из себя нокка. Конечно, дикари не могут объяснить, зачем и каким образом якобы живой снег делает это.

На побережье Ютона был небольшой хутор Бренк, в котором всё и началось. Сам по себе этот хуторок мало чем выделялся среди десятков остальных, разве что стоял на чуть большем отдалении от берега. Всего там жило около двадцати ютонских семей, человек пять королевской администрации да взвод солдат с отличными мушкетами, один вид которых заставлял местных вести себя тихо. Командовал ими сержант Мартин Лей. Ещё из южан были: администратор по имени Квен, жрец и врач, старик сильно пьющий, любивший, к тому же, добавить себе в бокал ложечку живого снега. Такие вещи не одобрялись, конечно, ни у южан, ни у ютонцев, но доктора мало смущало общественное порицание. Толстый пройдоха Квен был жаден и туп, как, признаться, большинство администраторов­ . Не дурак выпить, он также любил

12345

Публикация: 03.12.2011 14:28 Просмотров: 765 Баллов: 0
Смотреть другие произведения автора

Varo

| Репост

| Комментарии

Список пуст

© Издательство Facultet, 2017. Электронная почта: main@facultetbook.ru